Новости

Мой Воронежский заповедник: четыре Заповедника

Своей историей для рубрики поделился Александр Иванович Шишкин, местный житель, бывший и нынешний сотрудник Воронежского заповедника.

В Воронежском государственном заповеднике я родился и живу с небольшими перерывами (два года армии и пять лет работы по распределению на Южном Урале) с 1965 года.

Знаменитый режиссёр, автор многих популярных фильмов, Владимир Меньшов как-то выдвинул версию о том, что по своим ощущениям человек проживает как бы несколько жизней. В детстве – это один человек, в молодости  – другой, и так далее, у кого сколько наберётся.

У меня именно так, Заповедников у меня четыре.

Первый, Заповедник детства, – это солидный, двухэтажный четвёртый корпус (ныне келейная Толшевского Спасо-Преображенского женского монастыря), в котором помещался почти весь штат обслуживающего заповедник персонала. Широкий скрипучий коридор, крыльцо, где вечерами собирались сильно взрослые люди, до которых тогда ещё не добрался телевизор. Жили все в маленьких, отгороженных дощечками квартирах. Там мы жили до 1974 года.

Рядом, в одной из таких крохотных квартир, жила Лидия Александровна Гоббе, повлиявшая на всех мальчишек и девчонок поселка. Лидия Александровна была одиноким человеком. В силу своего заболевания она перемещалась на двух костылях не дальше крыльца корпуса. В своей книге «Мои питомцы и друзья» она рассказала о животных, которые её окружали, об их поведении и особенностях. Это и была её деятельность –  писать о природе. Но, кроме того, она принимала активное участие в воспитании в нас, местных детях, любви к этой самой природе, умению наблюдать за ней. Также она научила нас всех поголовно играть в шахматы, а ещё у неё были настольные игры (как тогда казалось дореволюционные), у нас дома такие появились позже…

Главным местом детства была горка между храмом и четвёртым корпусом! Там стояла огромная деревянная ракета, вокруг неё проходили наши игры и зимой, и летом. Снега были большие, горку заливали, она становилась ледяной, катались с неё и на санках, и на картонках… В храме тогда был клуб, художественная библиотека, мастерская электриков, там дядя Коля (Николай Иванович Бурдакин) крутил кино. Сейчас горки нет, монастырь территорию благоустроил, посадил красивые растения, и слава Богу. Мир не стоит на месте!

Мой дед, Шишкин Павел Тихонович, прошёл всю войну, а в 1948 году стал работать в заповеднике, переселившись в 4й корпус с женой и сыном, моим отцом, из Верхней Байгоры Верхнехавского района.

Работал дед шофёром. В том числе, возил на автобусе детей в школу. Выйдя на пенсию «стоял на воротах», открывал и закрывал шлагбаум у старого магазина. Старый магазин (я его помню, как магазин) – сейчас здание перед Музеем пожаров. Машин в заповеднике было совсем немного, личного транспорта не было, разве что мотоциклы. Тем не менее въезд был охраняем!

С дедом

Недалеко от храма был большой, многоквартирный дом (давно снесли). Жили в нём, в том числе, Скрябины. В памяти отложилось, как Митрофан Петрович с супругой прогуливались под ручку вдоль аллеи тополей до магазина в светлых льняных летних костюмах. Я их воспринимал как дореволюционную интеллигенцию. Да так оно и есть. Так что основателя дендрохронологии, известного на весь мир лесовода, мне в детстве увидеть удалось.

Детство было активным! Много читали, постоянно играли: в футбол летом, в хоккей зимой. На Усманке расчищали от снега хоккейную площадку. Много ходили на лыжах по лесу. Чаще всего почему-то ходили за реку. В то время копытных животных активно подкармливали по всей территории заповедника, численность была большая, за прогулку мы могли увидеть и оленей, и косуль, обязательно кабанов, изредка лосей! Вот такое счастливое детство в заповеднике!

За кольцеванием птиц

Родители работали в заповеднике: отец шофёром, мама лаборантом в охотоведении, затем на складе. Заповедник разрастался, строились новые дома. На поляне, где сейчас арт-объект Колокол временно закрытой экологической тропы, очень весело праздновали День работников леса (тогда ещё своих праздников у заповедников не было, видимо). Кульминацией было перетягивание каната! Побеждала, к моему удивлению, команда научного отдела, ходя другой финалист, команда Борского лесничества, весила общим весом столько, что, если бы они легли, только трактором можно было бы сдвинуть!

Второй мой Заповедник – это заповедник молодости. В середине 90-х я вернулся домой после работы по распределению в Бузулукском бору.

Заповедник для меня стал большим. Работая в лесной охране, я увидел его во всём величии. Потрясающе красивые виды со смотровых площадок в Рамони, величавые сухие лишайниковые и мшистые боры Борского лесничества в районе Пчельников, сказочные плёсы Кривой, Коробок, Утикей на Усманке в Усманском лесничестве.

В 90-е лес наводнили ягодники, грибники, а со стороны Усмани – браконьеры посерьёзнее, с оружием. Заповедник для меня в те годы был не столько посёлком, сколько лесом, в котором ведётся большая, интересная работа. Впечатления остались именно связанные с охраной леса, с прекрасными людьми, с которыми довелось вместе работать! Жизнерадостный Юрий Петрович Щербаков, принципиальный Николай Митрофанович Комов в те годы закладывали основу нового, более строгого подхода к охране природы в условиях новой жизненной реальности. Время было интересное!

Отдел охраны заповедника, 1998 г. Слева направо: Николай Комов, Алексей Гуров, Александр Литвинов, Владимир Никульшин,
Юрий Щербаков, Владимир Иванов, Владимир Бурдакин, Сергей Проскурин, Анатолий Буковшин, Александр Шишкин

Из множества воспоминаний, связанных и с патрульными рейдами, и с тушением пожаров, вспомню далеко не самое главное, но не обычное. Ежегодно ранней весной проводили учёт диких копытных животных. Проводили его прогоном, т.е. выстраивались цепью и прочёсывали определённый участок леса. Точность такого учёта достаточно высокая, а мероприятие ответственное. А вот заканчивалось оно… «картошкой»! В последний день учёта собирались на одном из кордонов, подводили итоги учёта, а чаепитие по этому поводу называлось «картошкой»!

Третий мой Заповедник – место силы. Работал в разных структурах в городе Воронеже, но от заповедника не отрывался. 

Однажды привычный уклад жизни стал меняться. То во двор дома, то в сарай всё чаще стали заходить туристы… Честно скажу, сначала раздражало… Куда вы идёте? Бобры – в другую сторону! Но потом оценил важность происходящего – мы теперь живём не в тихом посёлке, а в туристическом центре Воронежской области! С момента осознания для туристов я находка – рассказываю не только как куда пройти, но и что там происходит!

Так, на моих глазах заповедник преображался в тот, которым стал сейчас. Современный, ухоженный, развитый!

Совсем недавно я вернулся в заповедник в качестве его сотрудника. Конечно, это совсем другой Заповедник, четвёртый. Впитываю новые впечатления. Но эта история только начинается…